Введение. Радикализация общественных настроений в современном мире представляет собой один из ключевых дестабилизирующих факторов, угрожающих национальной безопасности. В криминологическом дискурсе данный феномен преимущественно исследуется через его крайние формы проявления (экстремизм, терроризм), тогда как инициальная стадия процесса – формирование готовности индивида к принятию радикальной идеологии – остаётся недостаточно концептуализированной. Цель настоящей работы заключается в выявлении криминологических механизмов зарождения и эскалации радикализации, а также в определении её функциональной роли в контексте социальной эволюции и динамики правопорядка. Методы. Исследование основано на интегративном методологическом подходе, сочетающем принципы системного анализа, социально-эволюционистской парадигмы и диалектической логики. Применены общенаучные методы (анализ и синтез, индукция и дедукция), методы историко-правового и сравнительного анализа, а также методы системно-эволюционного моделирования с использованием понятийного аппарата теории диссипативных структур. Эмпирическую базу составили данные вторичного анализа социологических исследований, проведённых в различных регионах Российской Федерации и сопредельных государств в период 2007-2019 гг., а также материалы собственного включённого наблюдения автора за социально-политическими процессами в Донбассе (с 2014 г. по настоящее время). Результаты. Установлено, что радикализация представляет собой стадиальный процесс, включающий последовательные этапы: фрустрацию и депривацию, идеологическую концептуализацию (интроекцию), групповую консолидацию и, как возможный исход, противоправную реализацию. Ключевыми криминологическими детерминантами, запускающими данный процесс, выступают: рост корыстной преступности при низкой раскрываемости, криминализация властно-управленческой элиты, высокая урбанизация и анонимность крупных городов, а также закономерность неуклонного роста преступности как мировой тренд. Выявлено, что радикализация является облигатным элементом социальной нестабильности, выполняя амбивалентную функцию: в зависимости от адаптивного потенциала социума она может выступать катализатором позитивных институциональных изменений либо вести к дезинтеграции и хаосу. Обсуждение. Полученные результаты позволяют концептуализировать радикализацию не как изолированное патологическое явление, а как имманентный механизм социальной динамики, индикатор рассогласованности общественной системы. Принципиальное значение имеет разграничение состояния радикализации (как феномена сознания, защищённого конституционными свободами) и противоправной деятельности, наступающей лишь при определённых условиях. Предложенная автором модель эскалации радикализации и систематизация её криминологических маркеров создают теоретическую основу для мониторинга данных процессов и разработки превентивных мер, направленных на гармонизацию общественных отношений и укрепление правопорядка.
Introduction. Radicalization of public sentiment in the modern world represents one of the key destabilizing factors threatening national security. In criminological discourse, this phenomenon is predominantly studied through its extreme forms (extremism, terrorism), while the initial stage of the process – the formation of an individual's readiness to accept a radical ideology – remains insufficiently conceptualized. The aim of this work is to identify the criminological mechanisms of the origin and escalation of radicalization, as well as to determine its functional role in the context of social evolution and the dynamics of legal order. Methods. The study is based on an integrative methodological approach combining the principles of systems analysis, the socio-evolutionist paradigm, and dialectical logic. General scientific methods (analysis and synthesis, induction and deduction), methods of historical-legal and comparative analysis, as well as methods of system-evolutionary modeling using the conceptual apparatus of the theory of dissipative structures were applied. The empirical base comprised data from secondary analysis of sociological research conducted in various regions of the Russian Federation and neighboring states in the period 2007-2019, as well as materials from the author's own participant observation of socio-political processes in Donbass (from 2014 to the present). Results. It has been established that radicalization is a staged process, including successive phases: frustration and deprivation, ideological conceptualization (introjection), group consolidation, and, as a possible outcome, illegal implementation. The key criminological determinants triggering this process are: the growth of acquisitive crime with low clearance rates, the criminalization of the power-administrative elite, high urbanization and anonymity of large cities, as well as the pattern of steady growth of crime as a global trend. It is revealed that radicalization is an obligate element of social instability, performing an ambivalent function: depending on the adaptive potential of society, it can act as a catalyst for positive institutional changes or lead to disintegration and chaos. Discussion. The obtained results allow conceptualizing radicalization not as an isolated pathological phenomenon, but as an immanent mechanism of social dynamics, an indicator of the inconsistency of the social system. Of fundamental importance is the distinction between the state of radicalization (as a phenomenon of consciousness protected by constitutional freedoms) and illegal activity, which occurs only under certain conditions. The author's proposed model of radicalization escalation and the systematization of its criminological markers create a theoretical basis for monitoring these processes and developing preventive measures aimed at harmonizing social relations and strengthening the rule of law.