Введение. Статья посвящена историко-правовому анализу организации медицинского обеспечения заключённых в пенитенциарных учреждениях Российской империи во второй половине XIX – начале XX века. Актуальность темы обусловлена необходимостью осмысления эволюции государственной политики в области охраны здоровья лиц, находящихся в изоляции, и выявления корней системных проблем, сохраняющих свою значимость для современной уголовно-исполнительной системы. Целью работы является комплексный анализ становления тюремной медицины, включая её нормативное регулирование, кадровое и финансовое обеспечение, а также практические меры по борьбе с заболеваниями. Методы. Методологическую основу исследования составляют историко-правовой и сравнительно-правовой методы. Автор применяет контент-анализ дореволюционной ведомственной периодики (прежде всего журнала «Тюремный вестник»), методы источниковедческой критики циркуляров Главного тюремного управления и статистических отчётов, что позволяет реконструировать как формально-правовые подходы, так и реальную практику функционирования тюремной медицины. Результаты. В ходе исследования установлено, что во второй половине XIX века государство перешло от фрагментарных мер к попыткам системной организации тюремного здравоохранения под эгидой Главного тюремного управления. Введены единые нормы финансирования (от 3 до 40 копеек на лечение в сутки), разработаны формы ведомственной отчётности и инструкции для врачей. Выявлены ключевые проблемы: хронический дефицит медицинских кадров, совмещение тюремными врачами множества функций при низкой оплате труда, недостаток медикаментов и отсутствие единых санитарных стандартов. Особое внимание уделено анализу мер борьбы с эпидемиями (холера, венерические болезни), включая создание временных этапных больниц, медицинское сопровождение этапов и временное прекращение пересылок, что позволяло снижать заболеваемость на 60-75 %. Выводы. К началу XX века в Российской империи сложилась противоречивая модель тюремной медицины: при осознании государством важности охраны здоровья заключённых и накоплении управленческого опыта, система так и не обрела самостоятельности из-за слабой нормативной базы, остаточного финансирования и бюрократической зависимости врачей от администрации тюрем. Исторический опыт подтверждает необходимость комплексного подхода, сочетающего финансирование, подготовку кадров и санитарный надзор, что сохраняет актуальность для современных пенитенциарных систем.
Introduction. This article provides a historical and legal analysis of the organization of medical care for prisoners in penitentiary institutions of the Russian Empire during the second half of the 19th and early 20th centuries. The relevance of this topic stems from the need to understand the evolution of state policy concerning the health of isolated individuals and to identify the origins of systemic issues that remain significant for the modern penal system. The aim of the work is a comprehensive analysis of the formation of prison medicine, including its regulatory framework, staffing and financial support, as well as practical measures to combat diseases. Methods. The methodological basis of the research comprises historical-legal and comparative-legal methods. The author employs content analysis of pre-revolutionary departmental periodicals (primarily the journal "Prison Bulletin"), along with methods of source criticism for circulars from the Main Prison Administration and statistical reports. This approach allows for the reconstruction of both formal legal approaches and the actual practice of prison medicine. Results. The study establishes that in the second half of the 19th century, the state transitioned from fragmented measures to attempts at systemic organization of prison healthcare under the aegis of the Main Prison Administration. Uniform funding norms were introduced (ranging from 3 to 40 kopecks per day for treatment), and forms for departmental reporting and instructions for doctors were developed. Key problems are identified: a chronic shortage of medical personnel, prison doctors juggling multiple functions for low pay, a lack of medicines, and the absence of uniform sanitary standards. Special attention is paid to analyzing epidemic control measures (for cholera and venereal diseases), including the creation of temporary transit hospitals, medical escorts for prisoner convoys, and the temporary suspension of transfers, which reduced morbidity by 60-75 %. Discussion. By the early 20th century, a contradictory model of prison medicine had emerged in the Russian Empire. Despite the state's recognition of the importance of prisoner health and the accumulation of administrative experience, the system failed to achieve independence due to a weak regulatory framework, residual financing, and the bureaucratic dependence of doctors on prison administrations. This historical experience confirms the necessity of an integrated approach combining funding, staff training, and sanitary supervision, which remains relevant for contemporary penitentiary systems.