Введение. В условиях современного мирового порядка санкции становятся всё более распространённым инструментом межгосударственного воздействия, не связанным с прямым военным вмешательством. Для Российской Федерации санкционное давление не является новым явлением, однако особую актуальность оно приобрело после событий 2014 года, когда страна столкнулась с масштабными секторальными и индивидуальными ограничениями. Целью данного исследования является оценка влияния международных санкций на социально-экономическую политику Российской Федерации, начиная с 2014 года, а также анализ позитивных и негативных последствий адаптации к ним. Методы. Исследование основано на общенаучных и специальных методах познания. Для оценки последствий санкций применялись статистические методы анализа данных Федеральной таможенной службы, Росстата и Банка России, сравнительно-правовой анализ нормативных актов, а также метод систематизации для классификации видов санкций и контрмер. Результаты. Выявлено, что санкции 2014-2025 годов охватывают индивидуальные, секторальные (банковский, энергетический, технологический), политические и военные ограничения. Ключевыми негативными последствиями стали: ускорение инфляции (до 11,4 % в 2014 году), удорожание кредитных ресурсов, затруднение международных расчётов и отток технологий. Позитивными эффектами выступили: стимулирование импортозамещения, рост чистой международной инвестиционной позиции до 44 % ВВП к 2025 году, переориентация внешней торговли на страны Азии и Африки (доля Азии в экспорте составила 77,6 % за январь-сентябрь 2025 года), а также укрепление внутренней консолидации общества. Обсуждение. Несмотря на существенные экономические издержки, санкции выступили катализатором структурной перестройки российской экономики и диверсификации внешнеэкономических связей. Для дальнейшего укрепления устойчивости страны требуется совершенствование механизмов поддержки отечественных производителей, развитие научно-технологической кооперации с дружественными государствами и углубление региональной интеграции в рамках новых торговых партнёрств.
Introduction. In the modern world order, sanctions are becoming an increasingly common instrument of interstate influence not involving direct military intervention. For the Russian Federation, sanctions pressure is not a new phenomenon, but it gained particular relevance after the events of 2014, when the country faced large-scale sectoral and individual restrictions. The aim of this study is to assess the impact of international sanctions on the socio-economic policy of the Russian Federation since 2014, as well as to analyze the positive and negative consequences of adaptation to them. Methods. The research is based on general scientific and specific methods of cognition. To assess the consequences of sanctions, statistical methods were used to analyze data from the Federal Customs Service, Rosstat, and the Bank of Russia; comparative legal analysis of regulatory acts; and the systematization method for classifying types of sanctions and countermeasures. Results. It was revealed that the sanctions of 2014-2025 cover individual, sectoral (banking, energy, technological), political, and military restrictions. The key negative consequences were: accelerated inflation (up to 11.4 % in 2014), increased cost of credit resources, hampered international settlements, and technology outflows. The positive effects included: stimulation of import substitution, growth of the net international investment position to 44 % of GDP by 2025, reorientation of foreign trade towards Asian and African countries (Asia's share in exports amounted to 77.6 % for January-September 2025), as well as the strengthening of internal societal consolidation. Discussion. Despite significant economic costs, sanctions acted as a catalyst for the structural restructuring of the Russian economy and the diversification of foreign economic relations. To further strengthen the country's resilience, it is necessary to improve support mechanisms for domestic producers, develop scientific and technological cooperation with friendly states, and deepen regional integration within new trade partnerships.